|
Страх и ненависть в Лас-Вегасе: беспощадное путешествие к сердцу
американской мечты.
Автор: Хантер Стоктон Томпсон
Перевод на русский язык: Т. Копытов
Источник: behigh.org
Часть 1
2. Развод
свиноматки в Беверли-Хиллс на 300 долларов
3. Странное
лекарство в пустыне . . . Кризис доверия
4. Мерзкая музыка
и ружейная канонада . . . Грубые вибрации субботним вечером в Лас-Вегасе
5. Освещение
событий . . . Пресса в действии . . . Безобразный провал
6. Ночь в городе .
. . стычка в "Дезерт Инне" . . . Наркотический угар в "Цирке-цирке"
7. Параноидальный
ужас . . . и жуткий призрак содомии . . . сверкание ножей и зеленые воды
8. "Гении всего
мира стоят, держась за руки, и каждое потрясение от узнавания гонит весь
хоровод по кругу" Арт Линклеттер
9. Никакого
сочувствия к дьяволу . . . Пытки журналистов? . . . Бегство сквозь
безумие
10. Вмешательство
"Вестерн юнион": предупреждение от мистера Хима . . . Новое задание от
спортивного отдела и беспощадное приглашение от полиции
11. ААААА, Мама,
неужели это конец? . . . На дне Лас-Вегаса; снова амфетаминовый психоз?
12. Адская
скорость . . . поединок с калифорнийским дорожным патрульным на шоссе 61
Часть 2
2. Еще один день,
еще один кабриолет . . . еще один полный отель копов
3. Лютая Люси . .
. "Зубы как бейсбольные мячики, глаза, как застывшее пламя"
4. Нет убежища
выродкам . . . Размышления о кровожадном наркомане
5. Страшный опыт
с чрезвычайно опасными веществами
6. Принимаясь за
дело . . . Открытие конференции по наркотикам
7. Если не
знаешь, приходи учиться . . . Если знаешь, приходи учить
8. Прелестные
булки . . . и наконец серьезный дрег-рейсинг на Стрип
9. Крах на
бульваре Парадайз
10. Напролом в
аэропорт . . . Уродливый перуанский флэшбэк . . . "Стой! Уже поздно! Не
надо!
11.
Мошенничество? Кража? Изнасилование? . . . Зверский контакт с горничной
Элис
12. Возвращение
в "Цирк-цирк" . . . В поисках обезьяны . . . К чертям Американскую мечту
13. Конец пути .
. . Гибель Кита . . . Пот градом в аэропорту
14. Прощай
Лас-Вегас . . . "Благослови вас Господь, свиньи!"
Бобу Гейгеру,
по причинам, которые здесь объяснять не стоит,
и Бобу Дилану за песню Mister Tambourine Man.
"Тот, кто превращается в животное, избавляется от боли быть
человеком".
Доктор Сэмюэл Джонсон
Часть 1
Накрыло где-то около Барстоу, у края пустыни. Помню, как сказал что-то
вроде: "У меня голова кружится, садись ты за руль". И вдруг со всех
сторон послышался жуткий рев, небо заполонили какие-то огромные летучие
мыши, с визгом пикировавшие и взмывавшие вокруг нашего кабриолета,
который с опущенной крышей мчался в Лас-Вегас со скоростью сто
шестьдесят километров в час. Раздался вопль: "О, господи! Что это за
твари?!"
Потом всё стихло. Мой адвокат сидел без рубашки и поливал грудь пивом,
чтобы ускорить процесс загара. "Чего разорался?", - пробурчал он,
подставив солнцу лицо в облегающих темных испанских очках. "Проехали, -
ответил я. - Твоя очередь вести". Я затормозил и направил Большую
Красную Акулу на обочину шоссе. Незачем рассказывать ему про мышей,
подумал я, сам скоро увидит.
Был почти полдень, а нам еще предстояло преодолеть больше сотни миль.
Тяжелых миль. Очень скоро, я знал, нам обоим напрочь снесет крышу. Но
возвращаться нельзя, а отдыхать некогда. Придется перетерпеть.
Регистрация репортеров на феерическую мотогонку "Минт-400" уже началась,
и чтобы получить свой звуконепроницаемый номер-люкс нужно добраться туда
до четырех. О брони позаботился солидный спортивный журнал из Нью-Йорка,
он же выдал денег, на которые мы только что взяли напрокат на
Сансет-стрип этот огромный красный кабриолет "Шевроле". И, в конце
концов, я - профессиональный журналист и должен подготовить репортаж,
чего бы мне это не стоило.
Редакция также выдала мне 300 долларов наличными, и почти все они были
уже израсходованы на чрезвычайно опасные вещества. Наш багажник
напоминал мобильный склад конфиската наркополиции. У нас было два мешка
травы, семьдесят пять катышков мескалина, пять листов промокашки с
мощной кислотой, полсолонки кокаина и целый арсенал разноцветных
таблеток: разогнаться, притормозить, повопить и посмеяться . . . а еще
кварта текилы, кварта рома, ящик "Бадвайзера", пинта чистого эфира и две
дюжины капсул амилнитрита.
Все это мы достали накануне, носились как угорелые по всему округу
Лос-Анджелес - от Топанги до Уотса, брали всё подряд. Не то, чтоб без
всего этого нам в дороге было не обойтись ? просто когда начинаешь
основательно запасаться наркотиками, как правило, трудно остановиться.
Один только эфир вызывал у меня беспокойство. Нет на свете ничего
беспомощнее, безответственнее и безнравственнее, чем человек в пучине
эфирного делирия. А я знал, что скоро мы доберемся и до этой дряни.
Пожалуй, на следующей заправке. Всё остальное мы уже опробовали, и
сейчас самое время отведать эфиру. И проделать оставшиеся сто миль в
безобразном судорожном оцепенении с текущими изо рта слюнями.
Единственный способ сохранить бодрость под эфиром - занюхать побольше
амилнитрита - но не весь сразу, а постепенно, так чтобы в Барстоу
удержать внимание на дороге на скорости 140 км/ч.
"Да, вот это я понимаю поездка", - сказал мой адвокат. Он перегнулся
через сиденье и сделал погромче радио, похмыкивая в такт ритм-секции и
полуподпевая-полумыча: "Одна затяжка и вперед . . . "
Композиция One Toke Over The Line коллектива Brewer & Shipley
Одна затяжка, говоришь, дурила. Погоди, увидишь сейчас этих богомерзких
мышей. Я едва слышал радио. Оно валялось в углу на заднем сиденье и
пыталось оттуда перекричать магнитофон, откуда на всю катушку неслась
Sympathy for the Devil. Это была наша единственная плёнка, и мы её
крутили по кругу, как безумный контрапункт радио. А еще чтобы
поддерживать ритм. Ровная скорость бережет топливо, а тогда это
почему-то казалось важным. Да, в самом деле. В таких поездках нужно
следить за расходом топлива. Избегать резких ускорений, от которых кровь
приливает к затылку.
Мой адвокат заметил автостопщика гораздо раньше, чем я. "Подвезем
паренька", - сказал он и, не успел я возразить, как он остановился, а
эта несчастная деревенщина, разинув рот в улыбке, уже бежала к машине:
"Ни фига себе! Ни разу не катался в кабриолете!"
"Да? - сказал я. - Ну тогда, ты, наверно, готов?" Он радостно закивал, и
мы рванули с места.
"Мы твои друзья, - сказал адвокат. - Мы не такие, как все".
Господи, да он рехнулся. "Хватит! - рявкнул я, - А то пиявок напущу". Он
усмехнулся, вроде понял. К счастью, в машине стоял такой страшный шум от
ветра, радио и магнитофона, что на заднем сиденье парнишка ничего не
слышал. Или слышал?
Долго ли мы еще сумеем продержаться, подумал я. Пока один из нас не
сорвется и не начнет грузить беднягу? Что он тогда подумает? Ведь эта
безлюдная пустыня была последним известным пристанищем "семьи" Мэнсона.
Вдруг эта мрачная подробность всплывет в его памяти, когда мой адвокат
заверещит, что машину атакуют летучие мыши и огромные скаты. Что ж, в
таком случае нам придется отрубить ему голову и где-нибудь закопать.
Отпускать ни в коем случае нельзя. Он сразу донесет на нас в местное
отделение полиции, и эти захолустные фашисты затравят нас как диких
зверей.
Господи! Это я сказал или только подумал? А вдруг сказал? Меня услышали?
Я глянул на адвоката, но тот с отрешенным видом следил за дорогой,
управляя нашей Большой Красной Акулой на скорости под 180. С заднего
сиденья звуков не доносилось.
Может лучше поговорить с пареньком? Если я ему всё объясню, он не будет
пугаться.
Ну да, конечно. Я обернулся и одарил его лучезарной улыбкой . . .
любуясь формой его черепа. "Вот что, - сказал я, - надо тебе кое-что
уяснить".
Он не мигая уставился на меня. И, кажется, заскрежетал зубами.
- Ты меня слышишь?!!!! - заорал я.
Он кивнул.
- Хорошо, потому что я хочу, чтобы ты знал: мы направляемся в Лас-Вегас
на поиски Американской мечты. - Я улыбнулся. - Поэтому мы взяли напрокат
эту машину. По-другому никак. Усваиваешь?
Он снова кивнул, но в глазах его был испуг.
- Я хочу, чтобы ты знал всю предысторию. Потому, что это очень суровое
задание, сопряженной с чрезвычайным риском для здоровья. Черт, совсем
забыл про пиво! Не желаешь?
Он помотал головой.
- Может эфиру?
- Что?
- Не важно. Ближе к сути. Короче, сутки назад мы сидели в коктейль-баре
"Поло" в отеле "Беверли Хиллс" - на террасе, разумеется - и вот мы сидим
под пальмой, и ко мне подбегает карлик-официант с розовым телефоном и
говорит: "Сэр, должно быть, этого звонка вы ждали всё это время".
Я засмеялся, открыл банку с пивом, залив все заднее сиденье пеной, и
продолжил.
- И знаешь, он угадал! Я и в самом деле ждал звонка, но не знал только
от кого. Улавливаешь?
На лице у парня застыла маска растерянности и ужаса. Меня понесло
дальше.
- Я хочу, чтобы ты понимал, человек за рулем - это мой адвокат! А не
какой-то псих, я его не на улице подобрал. Да ты взгляни на него! Он не
похож на нас с тобой, верно? Это потому, что он иностранец. Самоанец,
кажется. Впрочем, какая разница? У тебя нет предрассудков?
- Нет, какой там!
- Я так и думал. Потому что, несмотря на свою национальность, этот
человек представляет для меня огромную ценность.
Я метнул взгляд на адвоката, но он был не с нами.
Я врезал кулаком по водительскому сиденью. "Это важно, черт подери! Это
всё правда!" Машину неприятно повело в сторону, но она быстро
выровнялась. "Убери свои сраные лапы с моей шеи!" - заорал адвокат.
Парень, похоже, готов был выпрыгнуть из машины и пуститься наутек. Между
нами поползли неприятные вибрации - но почему? Я запутался и отчаялся.
Неужели в этой машине общение стало невозможным? Неужели мы опустились
до уровня бессловесных тварей?
Потому, что я рассказал правду. Самую что ни на есть. И я чувствовал,
что надо непременно разъяснить ему цель нашего путешествия. Мы на самом
деле не один час просидели в баре, попивая коктейли с мескалем и лакируя
их пивом. Когда мне позвонили, я был готов.
Карлик с опаской приблизился к нашему столику и вручил мне розовый
телефон. Я ничего не говорил, только слушал. Потом повесил трубку и
обратился к адвокату.
- Это из редакции. Они хотят, чтобы я немедля отправлялся в Лас-Вегас и
связался с португальским фотографом по фамилии Ласерда. Все подробности
у него. От меня требуется только заселиться в номер, он сам меня найдет.
Мой адвокат посидел молча, потом вдруг ожил. "Черт подери! - воскликнул
он. - Я всё понял. Тут пахнет серьезными неприятностями!" Он заправил
защитного цвета майку в белые шорты и заказал еще выпить. "В этом деле
тебе понадобится много советов юриста, - сказал он. - И вот мой первый
совет: возьми напрокат скоростную тачку с откидным верхом и вали из
Лос-Анджелеса хотя бы на пару суток. ? Он с грустью покачал головой, ?
Выходные коту под хвост, ведь, мне, разумеется, придется ехать с тобой -
и нам надо вооружиться".
- Почему бы и нет, - сказал я. - Если и браться за такое дело, то как
положено. Нам понадобится приличная техника и куча наличности - хотя бы
на наркотики и сверхчувствительный магнитофон, чтобы непрерывно
записывать.
- О чём репортаж?
- "Минт-400", самая роскошная внедорожная гонка среди мотоциклов и багги
в истории профессионального спорта. Фантастическое зрелище,
организованное в честь какого-то толстосума по фамилии Дель Уэбб,
владельца фешенебельного отеля в самом центре Лас-Вегаса . . . Так, по
крайней мере, написано в пресс-релизе. Мой человек из Нью-Йорка мне
только что его зачитал.
- Как твой адвокат, советую тебе купить мотоцикл. Иначе как ты сможешь
правильно освещать гонку?
- Никак. Где можно достать "Винсент Блек Шэдоу"?
- Что это?
- Сказочный мотоцикл. У новой модели движок - две тысячи кубиков,
тормозная мощность - двести лошадок на четырех тысячах оборотов,
магниевая рама, два пенопластовых сиденья, полная масса - ровно двести
фунтов.
- Для нашего дела в самый раз.
- И я о том же. На поворотах, правда, херня, зато по прямой рвёт в
клочья. Обгонит Ф-111 на взлете.
- На взлете? Сами не улетим?
- Ни в коем разе. Позвоню в Нью-Йорк насчет денег.
далее
>>
|
